На завтрак бывает что и похуже холодного гамбургера. Так Эрин говорила себе, механически жуя и глотая.

Например… крысы. Она могла бы есть крыс. Или… или вообще ничего. А это есть ещё хуже, потому что это ничто.

Эрин плохо переносила холодные утра. Она была как ящерица — что не то же самое, что Дрейк. Она любила нежиться в тепле и летом.

И ей было чуточку лень возиться с растопкой очага, но при этом слишком холодно, чтобы быть совсем уж счастливой в своей новёхонькой таверне. Клбкч и армия Рабочих оставили ей изрядный запас дров, но Эрин просто не могла заставить себя. Пока по-настоящему не замёрзла — и тогда сгорбилась у очага с недоеденным гамбургером, дрожа под одеялами.

Когда в таверне наконец потеплело, жизнь показалась Эрин лучше. Более того, она чувствовала себя отлично.

У неё была новёхонькая таверна, и в животе у неё был гамбургер. А второй — в руках. Эрин знала, что пора остановиться, но это же гамбургер. Вообще-то в этом был сыр, так что это чизбургер, и Эрин так и подмывало сделать его двойным чизбургером. С беконом?

Нет. Нет, нельзя быть такой жадной. А то растолстеет. А это проблема, почему?..

Эрин пару минут боролась со своим желудком, а потом просто взяла и доела гамбургер. У неё была работа.

Вчера был день триумфов. День взрывающихся таверн и строек заново, и Эрин была полна решимости не сбавлять обороты. Так что первым делом она отправилась на кухню и приготовилась к предстоящему дню.

— Фарш? Есть. Салат? Есть. Помидоры… помидоры никто не любит.

Селис и Сирия — им помидоры что есть, что нет. Релк свои выбрасывал в снег, а Клбкч свои, наверное, съедал из вежливости. Эрин помидоры любила, но если их можно было не класть в бутерброд, то это больше денег в её кармане и меньше денег… в чужих животах.

Сыра у неё было полно, и яйца для котлет тоже были. Специи? Вот они.

Эрин побросала всё в тяжёлый рюкзак для покупок. Ещё можно было докупить у Кршии в городе, куда она и направлялась. Она огляделась.

— Эй, Торен! Я ухожу. Оставайся тут и…

Эрин осеклась. Вот тут она и вспомнила, что скелета у неё нет. Она почти ждала, что он будет здесь, когда она проснётся. Но его не было.

Торен пропал.

— Куда ты делся, Тор? Когда я сказала «уходи», я имела в виду уйти ненадолго. А не… навсегда.

Он не пропал. Эрин была в этом уверена. Настолько уверена, что бросила рюкзак с покупками и забегала туда-сюда. Молоток и гвозди она искала какое-то время — спасибо Селис с её перестановкой, — но быстро сколотила две доски и смастерила из обрезков дерева кривую стрелку.

Место, где стояла её старая таверна, было почти полностью занесено снегом, когда Эрин добралась туда. Она обвела взглядом пустую вершину холма и вспомнила тёмную таверну — как она бежала, отчаявшаяся и раненая, сквозь ночь.

Когда-то. Но не теперь. Её новая таверна была лучше, а лучше всего станет, когда он вернётся.

Эрин подняла деревянную стрелку и глубоко вогнала её в землю там, где раньше стояла таверна. Стрелка указывала примерно в сторону новой таверны. Торен её увидит и вернётся. Она была в этом уверена.

Эрин была так уверена, что смастерила ещё три указателя и расставила их на холмах вокруг таверны. На случай, если Торен забудет, на каком холме стояла таверна, и заблудится.

В таверне было одиноко, когда Эрин вернулась. Таверна была красивая, из гладкого лакированного дерева. От неё даже приятно пахло — опять же, благодаря гамбургерному завтраку.

Но она была пуста. Все друзья Эрин вернулись в город, а Торен пропал. Рёка была занята — бежала куда-то на север, а посетителей у Эрин всё ещё не было.

Это она исправит. Лицо Эрин было полно решимости, когда она вскинула рюкзак, набитый гамбургерными ингредиентами. Пора наведаться в город.

И как же легко было добраться до Лискора! Эрин казалось, что она едва вышла из таверны — и вот уже у ворот. Это было в десять раз лучше вчерашнего морозного похода, но, может, ещё и потому, что на ней была тёплая одежда.

Все эти покупки еды и одежды подъедали небольшой запас наличности Эрин, но это было ничего. Настроение у неё было хорошее, и дела шли на лад.

— Кршиа! Привет, как ты?

Эрин улыбнулась, здороваясь с высокой лавочницей-Гноллом. Кршиа подняла взгляд от прилавка, слегка удивлённая. Обычно Эрин добиралась до рынка в лучшем случае к полудню, но сегодня явилась ни свет ни заря.

— Эрин. Рада тебя видеть, да? Я слышала, у тебя вчера было много неприятностей?

— О? Ты про это слышала?

— Стражник Релк, он вчера заходил совсем пьяный, рассказывал про твою таверну, которая взорвалась. А потом, вроде бы, за один день отстроилась заново. Он был совсем пьян, да? Я хотела узнать, всё ли с тобой хорошо. Если бы ты сегодня не пришла, я бы пошла тебя искать.

— Ты такая добрая. Но я в порядке! И Релк говорил правду. Моя таверна и правда взорвалась. Её вообще не было, когда я пришла. Бум. Половину снесло. Но потом пришли Клбкч и Антиниумы и отстроили её заново. В другом месте. На холме поближе к городу, в смысле. Так что у меня новая таверна! Здорово, правда?

Кршиа принюхалась и пожала плечами.

— Ты не пьяна. Значит, у тебя новая таверна? Это хорошо. Мне надо будет её скоро посмотреть. И поговорить, да? Твоя подруга Рёка уехала, но с ней я тоже хотела бы поговорить.

— Все хотят со мной поговорить. А знаешь, что у меня в таверне будет куча Рабочих? Клбкч говорит, что хочет, чтобы я научила их играть в шахматы. Здорово, правда?

— Правда? Как странно.

Кршиа наблюдала за Эрин, пока та снимала рюкзак и подбиралась к одной из больших жаровен. Она смотрела, как Эрин проверяет, насколько горячи угли, и лезет в рюкзак. Эрин достала сковороду и, подумав пару минут, придвинула тяжёлую жаровню поближе к прилавку Кршии.

— Что ты делаешь, Эрин Солстис?

— Ой, слишком близко? Прости, прости. Я забыла, что твоя лавка деревянная.

Эрин подвинула жаровню, но Кршиа покачала головой. Она в замешательстве указала на всё, что Эрин затеяла. Эрин непонимающе посмотрела, а потом широко улыбнулась.

— Это? Я собираюсь кое-что приготовить.

— Правда? Что ж, на этой улице ты можешь делать это свободно, полагаю. Правда, если наторгуешь больше чем на четыре золотые монеты прибыли, плата — пять серебряных монет.

Эрин не думала, что это проблема. Звучало справедливо. Она огляделась и поняла, что у неё есть небольшая проблема.

— Эм, у тебя случайно не найдётся столика, который я могла бы одолжить? И, может, ещё углей? Тут тепло, но я хочу подсыпать, если начнёт остывать.

Кршиа терпеливо кивнула и указала на сложенный деревянный щит, прислонённый к передней стенке её лавки.

— У меня есть и то, и другое. Но что же ты делаешь, Эрин?

— Делаю гамбургеры.

— А что такое гамбургер? Он из свиней или из кабанов?

— Не-а! По крайней мере… вроде нет. Давай лучше называть его чизбургером.

— А. Значит, он из сыра?

— Эм. Дай я всё разложу и покажу тебе.

Эрин быстро выстроила все яйца в ряд, вывалила фарш в миску для смешивания, а ингредиенты аккуратно сложила с одного края стола. Основное место на столе заняли плошки с майонезом и кетчупом, которые она принесла из таверны. Она обернула их вощёной бумагой, но оба соуса слегка подсохли по краям. Ложка и немного помешивания решили эту проблему, и тогда Эрин выставила блюдо.

Оно было большое и пустое, но это вот-вот должно было измениться. Эрин взяла одну из котлет, слепленных из фарша, и шлёпнула её на сковороду. Металл лежал в углях и был таким горячим, что мясо зашипело, ударившись о поверхность сковороды.

Кршиа обслуживала покупателя-Дрейка, пока ждала, когда выходки Эрин начнут обретать смысл. Но, услышав, как готовится мясо, она навострила уши.

Эрин жарила свои первые гамбургеры с оглядкой на возможные вкусы Кршии. Так что не прошло и минуты готовки, как она перевернула котлету и дала раскалённому металлу довести её от «сырой» лишь чуть дальше — до «с кровью». Лопаткой она поддела сочную котлету и переложила на ждущую булочку, добавила салата и немного нарезанного лука… сыра… и вот, всё было готово.

— Время бургера!

Эрин представила своё творение Кршии, и Гнолл подозрительно оглядела капающий чизбургер. Подозрительно, но с явным интересом.

— Мм. Что это?

— Это называется гамбургер. Или чизбургер. Он очень вкусный. Попробуй!

Кршиа взяла гамбургер одной лапой. Котлеты Эрин делала большие, и булочки были не менее щедрыми. Это было ближе к бургеру из Бургер Кинга, чем к жалким мелким чизбургерам, которые можно взять в Макдоналдсе. Только бургер Эрин был ещё больше. Мясо составляло половину бургера, а не какую-то меньшую долю.

И всё же рука Кршии легко поднесла бургер ко рту. Гнолл замешкалась и покосилась на Эрин. Её покупатель-Дрейк с интересом смотрел на бургер. Капля жира упала с бургера на мех Кршии.

Она откусила. Эрин затаила дыхание. Но в глубине души она не очень-то волновалась. Потому что знала правду.

Может, в этом мире разные виды предпочитали разную еду. И правда, шефы с [Продвинутой кулинарией], наверное, могли создавать блюда, с которыми Эрин не сравнится. И, возможно, в некоторых тавернах было меню, составленное под их клиентуру.

Но. Это был гамбургер. Он больше века оставался одним из величайших и популярнейших блюд мира. У жителей этого мира, может, и была кухня, но у Эрин был фастфуд. Их вкусовые рецепторы даже не поймут, что их сразило.

Глаза Кршии расширились, пока она жевала бургер. Она уставилась на яркий зелёный салат, сыр и лук, а потом проглотила. Эрин ждала.

Кршиа откусила ещё раз. И ещё. С бургером она управилась меньше чем за минуту, и когда она облизала ладонь, Эрин поняла, что победила.

Другие торговцы на улице? Они вот-вот отправятся домой голодными. Гнолл, жарящий ломтики мяса? Удачи сделать из этого нормальную еду. Дрейк с кебабами? Готовься к супер-размеру. Другой Дрейк с горячим сидром?

Вообще-то, это звучало очень заманчиво. Эрин захотелось купить немного.

Она подумывала добавить и другие блюда к своему импровизированному уличному лотку, но благоразумно решила, что места не хватит. К тому же, хоть жаровня и могла бы стать отличным грилем, для пиццы нужны печи.

Что до напитков, бургер был неполным без Колы или другой газировки, но Рёка не смогла рассказать ей, что входит в этот волшебный напиток с кофеином. У Эрин была мысль использовать животный жир и уйму сахара, чтобы создать что-то похожее, но… нет.

— Ну как?

Кршиа посмотрела на Эрин и улыбнулась. Это была улыбка, которая говорила сама за себя. Она оскалила зубы и ухмыльнулась. Её хвост разбрасывал в стороны комья снега.

Эрин улыбнулась в ответ. Дрейк, делавший покупки у прилавка Кршии, переводил взгляд с одной ухмыляющейся женщины на другую.

— Я тоже хочу такой!

—-

Селис нашла Эрин почти час спустя, и к тому времени Эрин уже пришлось перебраться подальше от лавки Кршии. Не потому, что Гнолл возражала против её готовки; просто Эрин нужно было место.

У неё образовалась очередь. Дрейки и Гноллы выстраивались в ряд, пока она переворачивала гамбургеры так быстро, как могла, и монеты звякали в банку, которую она поставила на стол. Со своего места в хвосте очереди Селис едва видела Эрин — та пыталась одновременно жонглировать переворачиванием бургеров, сбором денег, разговорами с посетителями и объяснением, что такое гамбургеры.

Дрейк глубоко вздохнула, а потом повысила голос, проталкиваясь мимо стоящих в очереди.

— Простите, я хочу пройти. Я не… простите, я не собираюсь покупать бургер. Я знаю эту девушку-Человека.

Она локтями пробилась в начало очереди. Эрин подняла взгляд и вытерла капельку пота с лица, управляясь сразу с пятью бургерами на сковороде.

— О, привет, Селис! Хочешь бургер?

— Да, пожалуйста!

Селис обернулась и показала язык Дрейкам и Гноллам, которые кричали и возмущались дальше по очереди. А когда язык показывает Дрейк, он высовывается куда дальше человеческого.

— Ты, смотрю, занята.

— Да?

Эрин приподняла брови, неловко переложила гамбургер на тарелку и отдала его Дрейку. Дрейк с оранжевой чешуёй осторожно попробовал бургер и, видимо, довольный вкусом, вгрызся в него, шагая дальше по улице.

— Да! Похоже, ты зашиваешься. Нужен дружеский хвост?

Эрин чуть не уронила сковороду в горящую жаровню. Ей захотелось обнять Селис.

— Ты лучший человек на свете. Но разве у тебя нет работы?

Селис покачала головой.

— У меня выходной. Вот — я займусь столом. А ты просто переворачивай мясо.

— Легко!

Селис нашла стул, которым Эрин ещё не имела удовольствия воспользоваться, и уселась. Она оглядела заваленный стол. Ингредиенты перемешались с монетами, выпавшими из банки. Жир покрывал снег, а Эрин намалевала на табличке кривоватый гамбургер и написала рядом цену.

Селис посмотрела на цену и покачала головой. Она вычеркнула число на табличке Эрин и удвоила его. Эрин нахмурилась, глядя на Селис.

— Селис! Это же дорого!

— Оно того стоит. И люди заплатят. Или ты видишь, чтобы кто-то уходил?

Эрин не видела, хотя посетители то и дело бросали на Селис недовольные взгляды. Зато очередь двигалась куда быстрее теперь, когда Эрин оставалось только сосредоточиться на готовке. Она лепила бургеры так быстро, как могла, и размышляла, что, в конце концов, она и правда работает в индустрии фастфуда. Ровно как учителя ей всегда и говорили, что так и будет, если она не будет учиться в школе.

Разница была лишь в том, что здесь Эрин загребала деньги руками. Или когтями. Или мохнатыми лапами.

И Гноллы, и Дрейки обожали горячую еду. Эрин быстро выяснила, что оба вида питают слабость к гамбургерам, но еду свою любят приготовленной очень по-разному.

Дрейки предпочитали бургеры хорошо прожаренными — то есть полностью готовыми и местами даже чёрными. Их это, похоже, не особо смущало, но Гноллы были совсем другими клиентами. Они любили бургеры горячими, но всё же настолько сырыми, чтобы с кровью, — редкий Гнолл просил Эрин прожарить его подольше.

Приходили они за покупками, но почти все посетители рынка в тот день уходили с бургером. Эрин сообразила, что лучше всего подавать бургеры с кусочком вощёной бумаги, чтобы их можно было держать, не проливая горячий жир на ладони. Его даже можно было завернуть и унести куда-нибудь! Определённо козырь для продажи.

Очередь, казалось, не становилась короче, сколько бы бургеров Эрин ни переворачивала. Слух о девушке-Человеке с «мясным бутербродом», как она услышала это описание, расходился по округе, и вскоре после того, как к ней присоединилась Селис, она услышала знакомый голос.

— Она здесь! У неё бургеры!

Ни с чем не спутать голос Релка разнёсся над толпой, и не прошло и секунды, как она увидела его и ещё нескольких стражников в хвосте очереди. Стражники — и одна женщина-Гнолл — в замешательстве смотрели, как Релк орёт Эрин.

— Мне пять… нет, шесть!

Она помахала ему, что Релк, видимо, принял за поощрение. Он принялся проталкиваться сквозь очередь, крича.

— Дела стражи. Расступись!

Сопротивления он встретил куда больше, чем Селис, но в конце концов Релк, отдуваясь, жадно пялился на бургеры, пока Эрин выкладывала их на тарелку. Он полез в поясной кошель и начал отсчитывать монеты.

— Можешь дать мне мои бургеры и заплатить мне пять серебряных монет, раз уж я знаю, что ты и так уже достаточно заработала.

— Спасибо, Релк…

Дальше Эрин сказать не успела — Релк выхватил бургер с тарелки и попытался запихнуть его в рот целиком. По большому счёту ему это удалось, хотя Селис с отвращением отвернулась, когда он зачавкал с открытым ртом.

— Вкуснотища!

В конце концов Эрин удалось спровадить Релка, выдав ещё бургеров для остальных стражников. Она услышала, как Селис извиняется перед следующим посетителем — в основном в смысле ворчания про невоспитанных стражников — и посмотрела на свою стопку сырых котлет.

— Ой-ой. У меня опять кончается фарш. Кршиа!

Гнолл появилась с новыми ингредиентами, свежими из какой-то мясной лавки. У них с Эрин сложилась хорошая система. Эрин платила ей, а Кршиа давала ей всё, что нужно. Может, при менее доверительном партнёрстве Кршиа и задирала бы цены, но в данном случае она и так неплохо зарабатывала, снабжая Эрин всем необходимым для бургеров.

Эрин замесила новую партию фарша в котлеты под взглядами голодных посетителей и любопытных лавочников. Кршиа с некоторым испугом следила за приготовлениями Эрин, но к тому моменту Эрин уже слепила котлеты, и вмешиваться Гнолл было поздно.

Яйцо, специи, толстая котлета, от которой некоторые Гноллы в очереди начали пускать слюни. Эрин благословляла свой навык [Базовая кулинария], потому что он делал процесс почти автоматическим. Ей не приходилось так сильно сосредотачиваться, и она примерно знала, когда бургеры готовы. Это было здорово. Она повысила голос, улыбаясь своей очереди посетителей.

— Так. Кто следующий?

Её вопрос едва не спровоцировал потасовку.

—-

Пять часов спустя Эрин гадала, что будет, если она рухнет в обморок прямо в жаровню. Успеет ли она очнуться, прежде чем Селис её вытащит, или сгорит заживо?

Она устала как собака — что не было оскорблением для Гноллов. Эрин всё повторяла это Кршии. Просто она весь день простояла на одном месте, готовя еду. Даже с помощью Эрин была почти готова свалиться.

Она завербовала Селис в постоянные помощницы — принимать заказы и помогать готовить ингредиенты. Кулинарных навыков у Селис не было, но она вполне справлялась. И порядок наводила лучше, чем Эрин.

А без Селис Эрин погребло бы под количеством заказов, которые она получала. Утренний наплыв сменился полуденным, а тот постепенно перешёл в вечерний. Но случались и затишья — в основном когда посетители, пошатываясь, отходили от лотка Эрин, схватившись за урчащие животы.

Как выяснилось, в своей задумке Эрин допустила одну ошибку. Её плошку с соусами приняли хорошо, хотя посетители просто макали бургеры в майонез и кетчуп, — вот только их было катастрофически мало.

Кетчуп у неё кончился давным-давно, а от майонеза осталась лишь смесь из кусочков бургера на дне плошки. И хотя Эрин знала, как приготовить ещё и того, и другого, ей не хотелось этим заниматься, даже будь у неё доступ к ингредиентам. Как оказалось, кетчуп делать трудно и муторно.

Это было как раз из тех дел, которые она поручила бы Торену. Если бы он всё ещё был в таверне.

От этой мысли Эрин помрачнела, но следующий посетитель, появившийся у её лотка, мигом выбил все мысли о скелете из её головы.

— О. Селис. Ты тут работаешь?

— Хоук. Тебя нечасто увидишь на рынке. Ты обычно закупаешься в другом месте, да?

— Да, но я слышал, что сегодня тут есть что-то вкусное. Что это?

Эрин оперлась о край жаровни и взвизгнула. Она всё забывала, что металл горячий. Ей нужен был табурет или что-нибудь, чтобы дать отдых ноющим ногам. Она слышала, как Селис разговаривает с посетителем, но объяснений Эрин наслушалась уже достаточно, чтобы пропускать большую часть слов мимо ушей.

— Называется «гамбургер». Но никакой ветчины в нём нет. Это мясо с хлебом, салатом, луком и сыром. Если добавить сыр, называется «чизбургер».

— И как оно?

— Попробуй сам. Всего одна серебряная монета.

Это было… неимоверно дорого, учитывая стоимость ингредиентов. Но Селис всё поднимала цену на бургеры без всяких проблем. Она услышала, как посетитель роется в поясном кошеле, а потом звяканье монеты.

— Спасибо. Так, тебе бургер прожарить полностью или сырой?

— Прожарить, спасибо.

— Эрин…

— Уже делаю.

Эрин уже кинула котлету на сковороду. Она механически перевернула бургер, слушая, как этот Хоук болтает с Селис. Она дожарила бургер, бросила его на заранее собранную булочку и выложила на тарелку для подачи. Она протянула её — и застыла, когда впервые по-настоящему разглядела своего посетителя.

Высокий… кролик… человек… стоял перед лотком, улыбаясь Эрин. Он был кроликом. Но по форме — человеком. Он стоял на двух ногах — слегка изогнутых вперёд, как у Минотавра, с огромными ступнями. Они походили на лапы, и Эрин заметила, что на нём не столько обувь, сколько кожаные обмотки.

Мех у него был светло-коричневый, с тёмными пятнами. Одно было над глазом — а глаз был раскосый, как у кролика. И у него был розовый нос! Эрин чуть не пискнула, или не завопила, или что-то в этом роде, когда это увидела.

У Хоука было два длинных висячих уха, торчавших над головой, и одет он был в свободную одежду. На нём были штаны и рубаха, которые не скрывали того факта, что этот кролик был качком. Это сбило Эрин с толку, как и мускулы на его руках.

— Ты Эрин? Приятно познакомиться. Я Хоук.

Хоук, кролик-человек, дружелюбно улыбнулся Эрин, хотя глаза его были прикованы к бургеру на тарелке. Эрин таращилась на него.

Селис кашлянула.

— Хоук — Зверочеловек, Эрин. Неудивительно, что ты с ним раньше не встречалась. Он вечно носится по городу.

Эрин её услышала, но всё ещё зацепилась за его имя. Она недоверчиво повторила это слово.

— Хоук?

Пушистый кролик перед Эрин почесал щёку мохнатой рукой. Он совершенно неверно истолковал реакцию Эрин на его имя.

— Мои родители были из Лискора, но понятия не имели, какие имена в ходу у моего вида. Так что они выбрали Хоук. Я бы предпочёл Хакс, но что поделаешь?

— О. А, эм, чем ты занимаешься?

Эрин не могла думать ни о чём другом — только о том, что хочет говорить с Хоуком как можно дольше. Она слышала… голос у себя в голове. Нет, песенку.

Винни-Пух, Винни-Пух…

Если она увидит плюшевого жёлтого медведя, то точно спятит. Но Хоук был настоящим по-другому. Он был не как Кролик, скорее как кроличья версия Усэйна Болта. Ага, так, наверное, ближе.

Хоук повёл плечами и пожал ими. Он снова улыбнулся, обнажив ряд зубов, которые… Эрин всегда хотела завести кролика.

— Я Курьер.

Эрин запнулась. Она попыталась вспомнить, что это такое. Какой-то Бегун? Звучало важно.

— Круто. Ты, наверное, много всяких мест повидал?

Хоук слегка сник от того, что Эрин не так уж впечатлилась.

— Нет, мы доставляем на дальние расстояния, из города в город.

— А, как Городские бегуны?

Селис сдержала смешок. Хоук с усмешкой покачал головой.

— Мы чуточку поважнее Городских бегунов. Курьеры — редкость. Нас на всём континенте, кажется, меньше сотни. Мы берёмся за крупные заказы или ни за какие вообще.

— Ого. То есть вы типа особые бегуны? И как далеко ты бегаешь?

— За одну доставку я пробегаю около тысячи миль. Иногда две, если туда и обратно. Работа опасная, но благодарная. Разумеется, я могу за себя постоять. Меня считают…

Хоук вдруг замер, и его тело внезапно напряглось, пригнувшись. Эрин тоже услышала громкий треск дерева о дерево, но удивила её именно реакция Хоука. Он не столько шевельнулся, сколько мгновенно сменил позу.

Он пристально смотрел вдоль улицы на источник шума. Гнолл швырял деревянные рейки на телегу. Звук был громким, но Эрин весь день слышала много подобного. А вот уши Хоука яростно дёргались каждый раз, когда деревяшки хлопали друг о друга, и он морщился.

— Хоть бы они этого не делали.

Ладно. Он был пугливым, как кролик, и быстрым, как молния. Эрин таращилась на Хоука, начисто забыв обо всём остальном. И у него был хвост! Хвост!

Он принялся ворчать про бестактных Гноллов и Дрейков, а Селис бочком придвинулась к Эрин. Дрейк ткнула её локтем в бок.

— Не трогай его хвост. Помнишь Кулисс?

— Но он такой пушистый, и мягкий, и…

Эрин не могла оторвать глаз от пушистого хвоста, торчавшего из штанов Хоука. Селис закатила глаза и дёрнула собственным хвостом.

— Может, объяснишь, почему ты живёшь в Лискоре, Хоук? Эрин тут почти не видела Зверолюдей.

Он кивнул. Похоже, к этому вопросу он привык.

— Ну, я тут живу. Я родился и вырос в Лискоре, с самого детства, и мне тут уютно. Мои настоящие родители оставили меня здесь, а одна пара Дрейков меня приютила. Лискор — мой дом, и жить я люблю тут. Почти всегда.

Он сурово покосился на Гнолла, который шумел. Селис закатила глаза.

— Я всё равно не понимаю, как тебе удаётся спать по ночам. Шум ведь постоянно — как ты спишь?

— Заклинания звукоизоляции. Дорого, но я зарабатываю более чем достаточно, чтобы платить за магию.

— Вот тебе и всё, Эрин. Наш местный Курьер боится громких звуков. Постарайся не кричать рядом с ним.

Хоук сверкнул глазами на Селис, но без всякой настоящей злости. Похоже, он был добродушным кроликом. Эрин всё ещё таращилась на его хвост.

— Я не просто Курьер! Я ещё и пытаюсь стать [Шефом]!

— Ага. И сегодня ты занимаешься исследованиями?

— Может, и занялся бы, если бы мне наконец дали съесть эту вкуснятину.

Хоук с тоской смотрел на бургер на тарелке, но был слишком вежлив, чтобы взять его сам. Селис подтолкнула стоящую рядом девушку-Человека.

— Бургер, Эрин?

— Ой, точно! Прости!

Эрин вспомнила, зачем Хоук здесь, и протянула ему бургер. К счастью, он был ещё тёплым, и Хоук с одобрением посмотрел на поднимающийся пар.

— Мм. А это вкусно. Хорошо, что я пришёл.

Эрин, с отвисшей челюстью, смотрела, как Хоук вгрызается в свой бургер и жуёт. Селис снова наступила ей на ногу, и это заткнуло Эрин достаточно надолго, чтобы Хоук успел попрощаться.

— Приятно было познакомиться, мисс Эрин. Если тебе когда-нибудь понадобится доставка на дальнее расстояние, спроси меня в Гильдии бегунов, хорошо? Я сделаю тебе скидку, особенно если у тебя будет ещё таких бургеров!

Он отступил, а потом рванул вниз по улице. Другого слова не подберёшь. Его мощные ноги слились в размытое пятно, и каждым шагом он покрывал больше расстояния, чем Эрин пятью своими. И он был быстрым. В мгновение ока он завернул за угол и скрылся из виду.

— Неудивительно, что я его никогда не вижу.

Эрин выдохнула эти слова, глядя на место, где только что был Хоук. Она обернулась и посмотрела на Селис.

— Ты мне никогда не говорила, что в Лискоре есть говорящий кролик!

Селис выглядела озадаченной. Она посмотрела на пустую улицу и пожала плечами.

— Что, Хоук? Он часть города, вечно то тут, то там. Чем он особенный?

— Он кролик… за-зайка!

Эрин даже не могла подобрать слов, чтобы объяснить, почему это особенное. Говорящие Дрейки? Ладно. Гноллы? Совершенно нормально. Но люди-зайки?

— Если он тебе приглянулся, забудь. Ему нравятся Дрейки, а не Гноллы или Люди.

И снова это заявление сбросило Эрин с обрыва, образно выражаясь. Она даже не думала… нет! И что это вообще такое?

— Ему нравятся Дрейки? Но он же зайка!

— Не называй его так в лицо. Он обидчивый, и он Курьер не просто так. Когда напала нежить, он в одиночку убил одного из тех Лордов склепов и немало нежити! А ещё он вынес больше сотни человек в безопасное место.

— Что?

— Ага, он сильный. Только чтоб Релк не услышал, но он, наверное, один из немногих, кто мог бы доставить Релку хлопот. А если бы дошло до погони, я бы поставила деньги на Хоука.

— И ему нравятся Дрейки.

— Я так и сказала. Жаль, что Дрейки не отвечают ему взаимностью.

У Эрин это не укладывалось в голове. Она покачала головой.

— Он классный парень. Пушистый. Милый. Почему ни одной женщине-Дрейку он не нравится?

Селис смутилась.

— Да без причины… ну, то есть, дело не в том, что он плохой. Добрее Зверочеловека и не сыщешь. Но он не ест мяса. Точнее, он ест мало мяса.

— Я видела. Он ел мясо! Но что плохого в том, чтобы не есть мясо? Это же не проблема, да?

— Вроде как проблема. Мы — Дрейки — можем есть овощи. Мы просто не… любим их так, как он. А он всё время предлагает нам блюда с морковью.

— Морковь.

Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но Селис просто скривилась от отвращения.

— Это всё, что он любит готовить. Не мог бы он попробовать что-то другое, когда ухаживает? Но нет, вечно эта морковь. Морковные пироги, морковный суп, морковные салаты, сырая морковь, лапша с морковью, морковь, запечённая в хлеб…

— Гамбо с креветками, креветки на сковороде, креветки во фритюре, бутерброд с креветками, бургер с креветками…

— О чём ты вообще?

— Просто шутка. Извини.

— В общем, нам это кажется пресным и не особо вкусным. Если бы он делал еду послаще или попикантнее…

— А как насчёт морковного торта? Он сладкий.

— А это что?

Эрин вздохнула, осознав, что это ещё одна вещь, с которой ей только предстоит познакомить этот мир. Торт — ну, она была почти уверена, что для него нужен разрыхлитель. Может, Рёка сможет помочь. Это было бы потрясающе, потому что по торту Эрин скучала чуть ли не сильнее, чем по мороженому.

Сладкое в этом мире достать было труднее, особенно всё, что делалось из сахара. Сам сахар был безбожно дорогим — не то чтобы Эрин помнила, сколько стоил сахар, когда она ходила за покупками в Мейерс или Костко.

Она скучала по Костко. Было что-то приятное в магазине, где можно купить пятидесятифунтовый мешок сахара, и никто не смотрит на тебя как на чокнутую. С другой стороны, приятно ходить в Костко, когда за членство платят твои родители, а не ты.

— Просто не верится. Зайка.

— Кролик. Правильный термин — Племя Длинного уха из Зверолюдей, но так говорить слишком долго.

— Да-да. Но он такой пушистый.

— Ты всё это повторяешь, но какая разница.

— Просто есть разница. Так, ты расскажешь мне о нём ещё или я… я…

Эрин осеклась.

Рыночная улица обычно была полна народу, но в толпе наступило затишье. И на краю улицы ей был виден дальний переулок. Кто-то притаился в тени здания.

Девушка в лохмотьях голодно смотрела на лавки. Лицо у неё было худое, и она могла бы быть красивой, будь она чистой. У неё были ярко-рыжие волосы, грязные от того, что их давно не мыли. Она смотрела прямо на лоток Эрин, откуда запах жареного мяса пропитывал воздух.

На миг её взгляд встретился с Эрин. В её ярко-голубых глазах была враждебность, но, поняв, что Эрин смотрит на неё, девушка испуганно распахнула глаза.

— Эрин. На что ты смотришь?

— Я только что видела…

Когда она посмотрела снова, грязной девушки уже не было. Эрин запнулась и подумала, не сходит ли она с ума. Но, может, девушка была какой-то сиротой, как Хоук? Кем бы она ни была, выглядела она замёрзшей. И голодной.

— Неважно. Я, э-э, подумала, что увидела посетителя.

— У нас всё заканчивается. Может, пора закругляться. У меня вот хвост болит.

Селис потянулась и сделала несколько шагов, а Эрин гадала, вернётся ли та девушка. Денег у неё, наверное, не было, но если Эрин её увидит, то отдаст ей бургер бесплатно. Она заговорила с Селис, всё ещё поглядывая на переулок.

— Когда мы заканчиваем?

— Когда ты устанешь. Или когда перестанут приходить посетители.

Эрин глянула на свой стол.

— У нас кончился кетчуп.

— Больше я его делать не буду.

— Справедливо.

Селис подошла погреться у жаровни. Эрин покосилась на неё и постаралась заговорить непринуждённо.

— Так. Зайки.

— Кролики. Эрин, так говорить грубо…

— Знаю. При нём я так говорить не буду. Но он такой быстрый! И он… накачанный.

— Тело у него и правда хорошее.

— И он милый. Не верится, что с другими Дрейками у него ничего не выходит!

— Мы пробуем, время от времени. Но, знаешь, просто не выходит. Каждый раз с ним всё кончается плохо. Взять хоть меня. Мы были вместе всего две недели, а потом расстались.

— Погоди. Что?

—-

Два часа спустя Эрин шла обратно к своей таверне. Она была не одна.

— Так сколько бургеров ты продала?

Эрин пришлось задуматься. Руки у неё так устали, что Сирия предложила донести почти пустую сумку Эрин. Но Эрин отказалась. Сирия, может, и достаточно оправилась, чтобы покинуть караулку, но всё ещё была худее, чем полезно для здоровья.

— Думаю… тысячу? По ощущениям так. Наверное, ближе к шестистам. Может, к восьмистам?

— Для города, где чуть больше ста тысяч душ, это очень хорошая прибыль.

— Ага. Но, э-э, многие возвращались за вторым или третьим. Релк в общей сложности съел восемь.

— Могу себе представить. Но я и правда рада, что всё удалось. Даже в казарме я слышала, как люди говорят о твоей еде. Олесм пытался раздобыть нам по одному, но очередь была слишком длинной.

— Как жаль! Я приглашу его завтра и наделаю вам столько гамбургеров, сколько захотите.

Сирия махнула Эрин здоровой рукой.

— Тебе не обязательно это делать. Правда, мне и так неловко навязываться. Я сейчас не могу тебе заплатить.

— Ты шутишь? Мне вообще никогда не придётся волноваться о деньгах, если я буду столько зарабатывать каждый день!

Эрин указала на банку, которую наполнила до краёв, и на свой раздувшийся кошель с монетами. Сегодня у неё выдался знаменательный день, это она чувствовала даже без подсчёта точной суммы прибыли.

Эрин отправила Селис с таким количеством серебряных монет, что Дрейк неуклюже шла по улице. Хорошо ещё, что Стража в Лискоре была на виду, сказала Селис, а то она бы всерьёз забеспокоилась.

До таверны они добрались довольно быстро. Эрин была этому только рада, потому что могла убрать свои вещи на кухне. Она всё ещё спала там — больше по привычке, чем по чему-то ещё.

— Занимай любую комнату наверху, какую хочешь. Я бы поболтала или… или ещё что, но я так устала.

— Иди спать. Ещё раз спасибо, что позволила мне остаться.

Эрин махнула Сирии рукой и широко зевнула.

— Хочш есть? У меня есть еда, если ты не поужинала.

— Всё хорошо, правда. Спасибо, Эрин.

Эрин легла спать с улыбкой. С кем-то ещё внутри таверна казалась куда менее одинокой. Она гадала, что подумает Торен, когда скелет вернётся. Хорошо бы он не слишком донимал Сирию.

Заработанные монеты были надёжно спрятаны под половицей на кухне. Эрин однажды видела такое по телевизору, так что попросила Поуна сделать ей такую. А это значило, что, если её когда-нибудь ограбят, ей придётся начать коситься на Рабочих.

Но Эрин устала, и даже мысли о пропавшем скелете и мысли об Антиниумах, что прокрадываются в дома и обчищают людей до нитки, не могли удержать её от сна. Она мирно задремала и спала хорошо.

Пока не услышала крик Сирии.

—-

Звук вырвал Эрин из приятного сна, где она играла в шахматы в Бургер Кинге. Она услышала, как голос Сирии рассёк ночь — высокий и пронзительный.

Эрин отреагировала со скоростью, рождённой паникой. На стойке она всегда держала сковороду, и именно её она схватила, вылетая из кухни. Она понятия не имела, что нападает на Сирию, но, не колеблясь, ринулась вверх по лестнице.

Она поселила Сирию в самой дальней от лестницы комнате — потому что Полуэльф настояла, что не хочет занимать место. Эрин вбежала в комнату и увидела, что Сирия сидит в постели полуголая, схватившись за руку, и кричит. На неё никто не нападал, но глаза её были широко раскрыты от паники и страха.

— Сирия! Что случилось?

Голова Полуэльфа повернулась к Эрин. Похоже, она не совсем видела Эрин, но явно осознала, что кто-то стоит в дверях. Сирия взвизгнула и повернулась к Эрин, глаза её были широко раскрыты от ужаса.

Её костяная рука поднялась, и пальцы шевельнулись. Сирия указала на Эрин, и та пригнулась. Ледяной шип задел несколько волосков Эрин и вырвал их, ударившись о дальнюю стену и вонзившись в новое дерево.

Эрин поползла к двери, сердце колотилось так, что готово было выскочить из груди. Она выбралась наружу и постаралась стать как можно меньшей мишенью.

— Сирия! Всё хорошо! Это всего лишь я!

Эрин крикнула, свернувшись в клубок по ту сторону стены. Она не была уверена, может ли [Ледяной шип] пробить толстые стены, но молилась, чтобы Сирия не выстрелила снова.

К счастью, та не выстрелила. Эрин услышала, как Сирия сделала дрожащий вдох, а потом её голос.

— Эрин! О Предки, что я… Эрин!

— Я в порядке!

Эрин проползла мимо дверного проёма и замахала руками, чтобы успокоить Сирию. Лицо подруги было мертвенно-белым.

— Мне так жаль. Я не хотела… я думала, ты…

Сирия задохнулась, потянувшись к Эрин. Девушка тут же встала и подошла к ней. Сирию трясло так сильно, что кровать ходила ходуном.

— Всё хорошо! Правда! Это было всего лишь заклинание! Ты в порядке? Что случилось?

— Сон… просто сон.

Сирия покачала головой и продолжала трястись.

— Я чуть… Предки. Я чуть тебя не убила.

— Но не убила! А твоя рука! Сирия, ты видела?..

Но Сирия не слушала. Она принялась выпутываться из простыней, пытаясь встать.

— Я уйду. Я не могу остаться. Я для тебя угроза и…

— Нет!

Эрин поймала Сирию за запястья. Почерневшая кожа на её правой руке была мертвенно-холодной и липкой на ощупь, но Эрин не обратила на это внимания. Она посмотрела Сирии в глаза, стараясь дышать спокойно. Её сердце всё ещё колотилось.

— Сирия. Нет. Это была случайность. Останься. Пожалуйста. Я тебя не виню.

— Мне так жаль.

По щекам Сирии катились слёзы, пока она смотрела на Эрин.

— Мне так жаль. Так жаль.

Эрин помедлила, а потом обняла Сирию. Полуэльф вздрогнула от прикосновения, но не оттолкнула Эрин. Она просто дрожала в объятиях Эрин. Она всё повторяла эти слова.

— Мне так, так жаль.

Эрин не думала, что она говорит лишь о том, что чуть не попала в неё заклинанием. Она обнимала её, пока ночь становилась глубже, а Сирия плакала.

—-

Прошло много времени, прежде чем Сирия достаточно взяла себя в руки, чтобы перестать трястись. Они с Эрин сидели на её кровати, а Полуэльф смотрела на свои руки — одну здоровую, одну мёртвую.

— Мне показалось, что я снова в гробу. Только на этот раз Скиннер нашёл меня и открыл крышку.

Эрин передёрнуло. От одной мысли о его мёртвом теле из кожи у неё сжимался желудок.

— Я не виню тебя за то, что ты напала. Будь это я, я бы швырнула всё, что было. И, наверное, попала бы в тебя — с моим навыком [Меткий прицел] и всё такое. Вообще-то, хорошо, что испугалась именно ты, да?

Сирия рассмеялась дрожащим смехом, но это был смех, а именно этого Эрин и хотела. Она уставилась на свою мёртвую руку и покачала головой.

— Мне казалось, я всё ещё там, внизу, с остальными. Мне казалось, им нужна моя помощь. Они мертвы. Я всё время об этом забываю.

Сердце Эрин сжалось в груди. Она на секунду закрыла глаза.

— Я…

Она не договорила. Сказать было по-настоящему нечего. Сирия тоже молчала, но потом подняла руку и уставилась на свою безвольную костяную кисть, торчащую из почерневшей плоти. Прошло уже несколько дней, но кожа не гнила, а кость всё ещё выглядела… нормально.

— Моя рука…

— Она шевельнулась.

Эрин была в этом уверена. Это длилось всего мгновение, но околосмертный опыт обычно не забываешь.

— Ты пошевелила рукой. Это было с помощью магии?

— Нет… по крайней мере, я не пыталась нарочно. Но, наверное, всё же немного использовала. Моя рука… я не думала, что кости ещё могут двигаться.

Жёлтые кости даже не дрогнули. Эрин неуверенно посмотрела на руку Сирии.

— Это… потому что ты знаешь магию? Или, может, Пишес что-то с ней сделал?..

— Пишес не может взять под контроль живую часть тела. И даже ту, что прикреплена к живой.

Сирия покачала головой.

— Тогда это потому, что ты маг?

— Нет. Наверное, потому что я Полуэльф.

— Полуэльфы бессмертны?

— Вряд ли.

Эрин почувствовала, как Сирия усмехнулась.

— Нет, мы такие же смертные, как и любой другой вид, хотя живём дольше. Но наши тела по природе ближе к магии. Мы можем делать… то, чего не могут другие виды. Это, наверное, одна из таких вещей. Это ещё и объясняет, почему моя рука цела, хотя плоти уже нет.

Это и правда было странно, если подумать. Эрин нерешительно посмотрела на руку Сирии и рискнула задать вопрос.

— Как… ты её потеряла? Это было в бою со Скиннером?

— Не совсем.

Рот Сирии искривился в самоиронии.

— Я слишком испугалась, чтобы драться с ним. Я даже палочку не могла поднять. Нет, Ивлон и ещё несколько искателей приключений пытались выбраться, а на пути была куча нежити. Я применила заклинание, и отдача заморозила мне руку напрочь.

— Заклинание может такое?

— Некоторые могут. То заклинание, что я применила, было плохой магией.

— Но ты их спасла. Это не плохая магия. Или… это было как некромантия? Пишес этим занимается, а он не плохой. Просто надоедливый.

Сирия снова рассмеялась. Попытки Эрин её успокоить, похоже, самую малость её подбадривали.

— Нет… то есть, оно было плохо выполнено. Я пыталась наложить [Ледяное копьё]. Это продвинутая форма [Ледяного шипа], но у меня не вышло.

— О?

Эрин не поняла.

— Но ты же наложила заклинание.

— Неправильно. Так, как я это сделала, я просто влила магию в непомерно раздутое заклинание [Ледяного шипа]. Я разом израсходовала всю оставшуюся ману, что было глупой затеей.

— Почему? Разве это плохо? В смысле, если ты можешь использовать по-настоящему большое заклинание, почему бы не делать так всё время?

Теперь Сирия усмехнулась, и Эрин была рада, что её глупые вопросы помогают Полуэльфу почувствовать себя лучше. Они сидели вместе на кровати, и дыхание Сирии наконец успокоилось.

— Если бы маги могли израсходовать всю свою магию в одном заклинании, мы были бы ещё опаснее, чем есть. Представь армию магов, способную уничтожить целое войско в один миг. Нет; заклинания куда сложнее этого.

— В смысле?

Эрин смирилась с тем, что магом ей не быть никогда, но магия всё равно ей была страшно любопытна. Сирия объяснила. Похоже, читать лекцию ей было легче, чем думать о чём-то ещё.

— Есть предел тому, сколько маны мы можем вложить в заклинание. Представь заклинание как… сосуд. Хорошие могут вместить много магии, и для активации им нужно много. А плохое заклинание столько магии не выдержит. В теории любое заклинание можно перегрузить, если магии хватает, но если её слишком много…

Она указала на свою руку.

— Но вот что странно. Ты сказала, что я ею пошевелила. И я сотворила ею магию. Я не должна быть способна наложить [Ледяной шип], не поранившись. Не без палочки. Но это…

Эрин видела, как она пытается согнуть свою костяную кисть. Но, хотя лицо Сирии исказилось от боли, костлявые пальцы даже не шевельнулись.

— Тут что-то есть. Если я всё ещё могу колдовать двумя руками, а не одной, может…

Эрин не понравился этот ход мыслей. Он звучал слишком деятельно и совсем не походил на те спокойные, мирные мысли, которые она хотела бы для Сирии. Но тут снаружи кто-то крикнул, и Эрин почувствовала, как Сирия снова напряглась.

— Эрин! Сирия!

Голос был знакомый, и раздавался прямо снаружи. Эрин услышала яростный стук в дверь, а потом услышала, как кто-то распахнул её. Она забыла запереть дверь! Опять!

Тот, кто был внизу, сначала ввалился на кухню, а потом взбежал по лестнице, перескакивая через ступеньку. Эрин услышала, как кто-то мчится по коридору, и в дверях появился Олесм.

— Мисс Эрин! Сирия! Вы не поверите, что я… ой.

Олесм неловко замер в дверях. Эрин всё ещё была в пижаме и выглядела более-менее прилично, но Сирия предпочитала спать в одном белье. Она подтянула простыни к груди, и Олесм отвернулся, краснея.

— Порча и гниль, Олесм, ты уже видел меня голой. И в крови. Хватит краснеть, расскажи, что стряслось. Опять нежить?

Олесм обернулся и покачал головой.

— Нет. Может быть? Это то, что мы нашли в городе! Понимаете, после того как Стража зачистила руины, Зевара всерьёз беспокоилась, что может появиться ещё нежить, так что она заставила Совет найти, где хранятся наши хроники. Ну, нам пришлось докопаться до самых старых архивов в каком-то пыльном доме, но мы нашли кое-что о руинах!

— Что?

Глаза Олесма были широко раскрыты от возбуждения. Он жестикулировал, пытаясь донести смысл, пока слова наскакивали друг на друга.

— Они нашли карту. На ней показаны руины, а также расположение других подземных строений. Судя по всему, руины, что мы нашли, были гробницей, а Скиннеру было поручено её охранять.

Кулаки Сирии — оба — сжались на простынях.

— Значит, он был не просто монстром, который туда забрёл. Что ещё?

Олесм запнулся.

— Там сказано, что он был одним из защитников гробниц. Но это было всего лишь строение для простолюдинов — а по-настоящему серьёзно всё остальное. Вам… вам, наверное, стоит присесть.

Сирия рявкнула на Олесма.

— Мы и так сидим! Выкладывай!

Олесм глубоко вздохнул, и, когда заговорил, его голос лишь слегка дрожал.

— Гробницы — лишь малая часть руин. Есть и другие. Под землёй. Они повсюду, но не это главное. В записях мы нашли отрывок, который смогли прочесть. Там перечислены титулы тех, кто помещён в руины охранять их вечно. И он там тоже есть. Скиннер. Плотяной червь. Младший страж склепов.

Обсуждение главы 2.13